Появление и эволюция человека

Как активное начало человек стал оказывать преобразующее воздействие на окружающую его среду, т.е. на первозданную природу, с самых первых этапов своего становления. Результаты археологических раскопок и антропологические исследования указывают на то, что это произошло 2—4 млн. лет тому назад, когда человек умелый, изготавливая орудия труда, уже не только использовал природу и ее предметы, но и пытался изменять ее в своих интересах. Вначале почти незаметно, а затем все больше и больше он стал привносить в окрущающий его мир предметы, не существовавшие до этого в природе. Первоначально это были предметы труда и быта, жилища. Затем появились каналы, плотины, монументальные сооружения и тому подобные результаты деятельности человека. Теперь же, на рубеже третьего тысячелетия, расселившись по всей планете и многократно увеличив свои преобразующие возможности, человек сотворил целый мир принципиально новых, никогда прежде не существовавших в естественной природе вещей и явлений. Действуя целенаправленно, он до неузнаваемости изменил естественный лик Земли, создав густую сеть инфраструктуры из городов и населенных пунктов, дорог, машин, аэродромов и т.п. И все это тоже неживая природа, но будучи созданной человеком, она становится как бы ненастоящей, непервозданной, неестественной, а искусственной и сотворенной, и потому за ней закрепилось представление как о второй природе, в отличие от первой, которая претерпевает эволюцию и существует без ведома и вмешательства человека, помимо и независимо от него. Бытие сотворенных человеком вещей соотносится в значительной мере с бытием самого человека, ибо созданная им вторая природа служит в первую очередь для удовлетворения его разнообразных потребностей. Отсюда бытие многих предметов второй природы также относительно недолговечно, как и бытие самих людей. И только фундаментальные творения, имеющие общечеловеческую значимость, предметы материальной культуры, представляющие ценность для многих поколений людей, имеют шанс продлить свое бытие несколько дольше. Но, как показывает история, разрушительные процессы, имманентно присущие первой природе (разложение, эрозия, окисление и т.п.), а также стихийные и общественные бедствия, повторяющиеся с неослабеваемой частотой, уменьшают и этот небольшой шанс до минимума. Тем не менее, процесс создания человеком новых вещей идет опережающими темпами по сравнению с процессом их исчезновения. К тому же, теряя прежнее бытие, отслужившие свое старые вещи становятся по большей части отходами, мусором и иным хламом, чужеродным естественной природе. В итоге искусственная среда, постоянно обновляясь, увеличивается в объеме и масштабах. Происходит же это тем интенсивнее, чем быстрее растет численность людей на планете. Однако размеры Земли и в особенности ее территории, пригодные для проживания человека, стали уже малы для населения, которое быстрыми темпами возрастает. И эта диспропорция еще больше усугубляет несоответствие, обнаружившееся в последнее время между первой и непомерно разросшейся второй природой, о конфликте которых пойдет речь в другом разделе, посвященном природе. Итак, имея одну основу (инертное, косное вещество, подверженность воздействию объективных законов и т.п.), и первая, и вторая природа обнаруживают свое единство и взаимосвязь. Вместе с тем, в отличие от вещей и явлений, составляющих естественный мир, который в масштабе человеческих представлений беспредельно многообразен, необозрим, бесконечен в пространстве и во времени, а также неуничтожим по существу, мир вещей и явлений, созданных человеком, пространственно и количественно ограничен и, в принципе, уничтожим. Происхождение жизни Бытие живой природы необходимо рассматривать в непосредственной взаимосвязи с таким явлением, как жизнь. Быть для живого существа — значит жить, а не быть — значит лишиться жизни, умереть, т.е. перестать существовать как живой организм. Проблема возникновения жизни на Земле постоянно была в центре внимания человека и всегда оставалась для него одной из величайших загадок, в попытках разгадать которую он во все времена использовал всю силу своего ума и фантазии. Но и сегодня, когда исследовательские возможности человека неизмеримо выросли, а биологические науки шагнули далеко вперед, эта проблема не может считаться до конца решенной. Именно поэтому наряду с научными представлениями эволюционного возникновения живого вещества из неживого продолжают существовать различные теории происхождения жизни, многие из которых своими корнями уходят в историю и, в частности, в историю философии. Так, уже в первобытном обществе люди пытались объяснить жизнь посредством существования духов, душ, которыми, по их мнению, наделены не только люди, но и животные, а также все предметы и явления окружающей действительности. Соответствующие верования получили название анимизм (от лат. anima — дух, душа). У Аристотеля (384—322 гг. до н.э.), а затем в средневековой схоластике и у Лейбница (1646—1716) мы находим термин энтелехия (от греч. entelecheia — имеющий цель в самом себе), истолковываемый как активное начало, движущая сила. Это понятие положено в основу витализма (от лат. vitalis — живой) — философского учения, объясняющего существование живого вещества и его качественное отличие от неживого посредством признания некой бестелесной, иррациональной причины, жизненной силы, лежащей в основе всего живого. Немало различных идей высказано по поводу божественных актов творения жизни, занесения спор жизни на Землю из космоса, пришельцев с других планет, якобы осуществляющих на Земле свой эксперимент, и т.п. О возможности Вопрос о том, есть ли жизнь еще где-ни-жизни будь в космосе, кроме нашей планеты, во Вселенной вполне правомерен. Уже одна мысль о том, что таких звезд, как наше Солнце, во Вселенной бесчисленное множество, и вокруг них могут, как и вокруг нашей звезды, вращаться планеты (а наличие планет у некоторых звезд — установленный факт), дает основание предположить о возможности жизни еще где-то помимо Земли. Более того, даже относительно Солнечной системы, в космических масштабах просто крошечной и в значительной мере доступной современному человеку для исследований, нет пока достаточной информации, чтобы утверждать о наличии или отсутствии каких бы то ни было форм жизни. Такая задача не может быть решена только умозрительным путем и потребует экпериментальных исследований. Судя же по темпам роста научно-технических возможностей человека, вопрос о наличии или отсутствии жизни в Солнечной системе, помимо Земли, может получить решение уже в обозримом будущем. Однако по поводу всего мироздания (в силу его бесконечности для человеческого познания) он остается и в видимой перспективе будет оставаться открытым. И это пока все, что можно сказать сегодня по данному поводу. К тому же нет никаких оснований утверждать, что жизнь вообще может существовать таким и только таким способом, каким она проявляется на Земле и воспринимается, осознается разумными существами. Что же вытекает из этой, по словам Гегеля, дурной бесконечности в рассуждениях о том, есть ли жизнь во Вселенной, нет ли жизни во Вселенной, и откуда произошла та жизнь, частью которой мы сами являемся Когда наука оказывается бессильной дать точные или хотя бы достаточно определенные ответы на такого рода вопросы, мы вправе рассчитывать на философию, которая, формулируя основные мировоззренческие принципы, расширяет границы нашего видения мира и поддерживает нас в стремлении лучше узнать как его, так и нас самих в нем. Рассуждая над сверхтрудными задачами, одной из которых является проблема возникновения жизни, мы можем проявить как излишний оптимизм и самоуверенность в способности установить истину, так и впасть в уныние перед сложностью проблемы. Лучшей же в такой ситуации, по всей видимости, является позиция, сформулированная в начале нашего века видным представителем американского прагматизма Уильямом Джемсом (1842—1910), по образному выражению которого мы стоим в горном проходе, среди снегов и вихрей, окутанные туманом, сквозь который иногда открывается вид на тропинки, быть может ненадежные. Если мы будем стоять без движения, мы рискуем замерзнуть; если мы выберем ложный путь, мы можем разбиться насмерть; мы даже не знаем наверное, есть ли истинный путь Что же нам делать Не терять присутствия духа! Действовать, надеясь, что все к лучшему, а там будь что будет! Если мы перед лицом бесконечности и неимоверной сложности решаемой задачи предпочтем апатии и бездействию этот принцип, а мистике и слепой вере — доводы разума и научный путь познания, то первое, что нам следует сделать в философском осмыслении феномена жизни, — это определить принципиальное отличие всего, что могло бы быть названо живым, от неживого.

Личность и общество Натурализация бытия Бытие в прошлом и настоящем Зависимость живого от неживого Какими душами обладают люди Особенности индивидуального и общественного сознания