Личность и общество

Великий гуманист А.Швейцер (1875—1965), разработавший и последовательно отстаивавший новую, теперь широко известную этику благоговения перед жизнью, неизменно подчеркивал приоритет этики нравственной личности над этикой общества. Если дефекты этики общества становятся явственными, а оно к тому же начинает оказывать слишком сильное духовное влияние на своих членов, предупреждал он, тогда этика нравственной личности погибает. Величайшим заблуждением прежнего этического мышления было непонимание и непризнание разноприродности этики нравственной личности и этики, созданной в интересах общества. Оно всегда полагало, что обе этики можно и должно отлить из одного куска. Это привело к тому, что этика нравственной личности была принесена в жертву этике общества. С этим надо покончить. Надо ясно понять, что они находятся в конфликте друг с другом и конфликт этот не следует смягчать. Или этика нравственной личности доведет этику общества, насколько это возможно, до своего уровня, или она сама будет сведена до уровня этики общества. (Швейцер А. Культура и этика. М., 1973. С. 292). Хотя эти строки и были написаны еще в начале 20-х годов XX столетия, актуальность их нисколько не уменьшилась. Напротив, конфликт личности и общества за это время вышел далеко за рамки этических норм и в немалой степени обусловил появление целого ряда новых, глобальных проблем в системе человек—общество, которые тесно связаны с общественной жизнью и, затрагивая мысли и чувства, взгляды и убеждения людей, сами оказывают влияние на их нравственность. Подчеркивая прямую зависимость успехов в преодолении глобальных проблем от соблюдения прав каждого человека, наш соотечественник, известный ученый В.А.Энгельгардг, также настаивал на необходимости проявить внимание к внутренней среде человеческой личности, к ее более глубоким аспектам, обусловленным изменившейся ситуацией. Мы стоим перед несомненной угрозой, — отмечал он, — как бы за общим рассмотрением глобальных проблем, касающихся широких масс населения, вплоть до всего человечества в целом, не позабыть об одном, но в конечном счете самом важном. Что является этим одним Это один человек, его личность, индивидуум. О нем мы должны постоянно помнить. Суммируя, можно сказать, что человечество как самоорганизующаяся живая система по большей части методом проб и ошибок, подчас слишком большой ценой и с переменным успехом, но все-таки ищет выходы из кризисных ситуаций, борется за свое существование, стремится к лучшему будущему. При этом глобальные проблемы не оставляют человечеству иного выбора, как, преодолевая раздробленность и разногласия, идти к своему единству, сохраняя самобытность культур, вековых традиций и особенностей отдельных наций и народов. А такое единение, как следует из сказанного выше, может происходить только на основе признания и соблюдения общечеловеческих ценностей, среди которых центральное место занимают неотъемлемые права человека, разрабатывать и отстаивать которые в первую очередь должна философия. Именно космогонические мифы, повествовавшие о происхождении богов, их жизни, делах, противоборстве и отразившие, таким образом, представления древнейших людей о возникновении и эволюции мира, послужили основой, первоисточником греческой философии, которая зарождалась и развивалась вплоть до Сократа прежде всего как философия природы. В пользу этого говорит и то, что ранние греческие философы традиционно называли свои произведения О природе, а их самих зачастую именуют также натуралистами, физиками. Так же, как и восточные мудрецы, античные мыслители были озабочены истоками сущего. С момента зарождения древнегреческой философии они искали первопричину всего сущего в самой реальной действительности, определяя ее то как воду (Фалес) или воздух (Анаксимен), то как некое вечное и беспредельное начало, которое всем управляет, — апейрон. Так считал, например, Анаксимандр (ок. 611—545 гг. до н.э.), который даже высказал идею естественного происхождения живых существ. По его мнению, они зародились в морских водах и появились из влажного ила. Затем на сушу вышли рыбообразные существа, в чреве которых развились люди. Аналогичные взгляды высказывал и Ксенаран (580—490 гг. до н.э.), утверждая, что все, что рождается и произрастает, есть земля и вода, и даже мы все родились из земли и воды. Отвечая на главный философский вопрос того времени — что есть все, Пифагор (580—500 гг. до н.э.) сделал вывод, что все есть число. Он впервые выдвинул идею о шарообразности Земли, которую затем поддержал и письменно сформулировал Парменид (540—480 гг. до н.э.), первый из философов, выделивший бытие как категорию и сделавший ее предметом специального философского анализа. В отличие от философов Милетской школы и Гераклита, говоривших об изменчивой природе вещей, он выдвинул идею о неизменной сущности истинного бытия. Его онтология строится на том, что бытие, сущее определяется как нечто реальное, о котором он говорит, что оно Есть и противопоставляет ему небытие, не-сущее, давая ему название Не есть. Мыслить можно только бытие, иначе говоря — то, что существует, есть; наряду с этим, никоим образом нельзя помыслить то, что не существует, чего нет. Истинному бытию, т.е. тому, что есть, присущи, по мнению Парменида, отличительные признаки или свойства бытия, которые он сформулировал следующим образом: бытие не возникло и оно не подвержено гибели, так как помимо него ничего нет и быть не может. Бытие едино (непрерывно), неподвижно и совершенно. Имея свои пределы, оно похоже на глыбу совершенно круглого Шара. Учение Парменида о едином, неделимом, неизменном и неподвижном бытии получило широкую известность в эллинском мире и было продолжено, в частности, Мелисом с острова Самос, представителем школы элеатов. В основном соглашаясь с Парменидом, Мелис в труде О природе, или О сущем отмечал, что бытие не имеет границ. По его мнению, это вытекает из того, что если признать границы бытия, то это будет означать, что оно граничит с небытием. Но так как небытия нет, то и бытие не может быть ограниченным. Итак, вдосократический период древнегреческой философии онтология получает значительное развитие: практически все наиболее яркие философы того времени прямо или косвенно рассматривали проблему бытия, соотнося ее, как правило, с вечным и совершенным космосом, единой природой, т.е. отождествляли бытие с предметно-чувственным миром. Например, Эмпедокл (484—421 гг. до н.э.) хотя непосредственно и не употреблял термин бытие, но говоря о четырех корнях всех вещей (огонь, воздух, вода и земля), приписывал миру (космосу) яйцевидную форму и рассуждал о происхождении жизни из влажного и теплого ила. Демокрит и Левкипп, говоря об атомах как о неком веществе, отождествляли их с полным или твердым бытием в противовес пустоте — небытию, которое, кстати, также полагали существующим. В этот же период впервые проявляется диалектический подход к пониманию бытия, выраженный наиболее ярко у Гераклита (544—483 гг. до н.э.), который рассматривал весь мир в постоянном становлении и изменении и отмечал в этой связи, что одна и та же вещь существует и не существует. Основу мироздания, считал он, составляет космос, который один и тот же для всех, его не создал никто из богов, никто из людей, но он всегда был, есть и будет вечно живой огонь, мерно возгорающийся, мерно угасающий. Значительно расширил понимание бытия Платон (427— 347 гг. до н.э.). Он впервые в истории философии указал на то, что бытием обладает не только материальное, но и идеальное. Платон выделял истинное бытие — мир объективно существующих идей, — противопоставляя его чувственному бытию (как его понимали досократики). При этом он указывал и на бытие понятий, самостоятельно существующих в человеческом сознании, впервые включив, таким образом, в понятие бытие практически все сущее. В дальнейшем в истории философии мы находим множество различных подходов к пониманию бытия, но так или иначе все они выстраиваются вокруг чувственных и рациональных представлений о сущем. При этом обнаруживается весьма широкий разброс мнений.

Консолидация международных сил Взаимосвязь глобальных проблем К новой системе ценностей Натурализация бытия Бытие в прошлом и настоящем Появление и эволюция человека